Раиса Лапина:– Душа на музыку откликается

Автор: Александр Теплухин   
29.09.2011
Раиса Лапина и маэстро Николай ЭйбергардВ маленьком, даже тесноватом кабинете Курганского музыкального колледжа имени Шостаковича идет репетиция. За фортепиано Ирина Яник, она аккомпанирует Раисе Лапиной. Звучат несколько фрагментов.

Вот романс Свиридова, вот знаменитейшая ария Кармен «У любви, как у пташки, крылья».

– Никак не настраивается голос, чтобы собраться единым лучом, – признается солистка областной филармонии. Тут же расставляются акценты, вновь звучат аккорды и сильное, глубокое пение...

Я жду назначенного времени, чтобы поговорить с Раисой Васильевной. Повод для беседы самый торжественный – 40 лет артистка радует своим талантом зауральцев. 30 сентября в областной филармонии заслуженная артистка России Раиса Лапина выступает с творческим отчетным юбилейным концертом.

– Раиса Васильевна, а помните свое первое выступление?

– На курганской сцене первое выступление состоялось 4 сентября 1971 года. Я только приехала в город, и меня сразу ввели в группу. Программа была посвящена музыке Дунаевского, работали мы в строительном техникуме, кажется.

– Как вы поняли, что академическое, оперное пение – это ваше, может быть, родители поспособствовали?

– Я выросла в деревне, в семье было семь детей, родители были неграмотные и никак не могли подтолкнуть. Просто я любила петь. По улицам ходила – пела. В школе в хор ходила. К сольному пению не стремилась, так сложились обстоятельства. Подруги меня послушали и решили: «Пусть Рая выступит на концерте». Я была удивлена. Вот так в 7-м классе первый раз на сцене пела песню «Геологи». И начала выступать. Я и не знала, что такое классика и что этим надо заниматься. Педагоги видели меня учителем математики. Я поступила в пединститут. Там пела в самодеятельности, тогда были популярны Миансарова, Великанова. Руководитель самодеятельности привел меня в Омское музыкальное училище прослушаться. Мне и сказали: «Вам не нужно педагогическое образование, вы должны учиться здесь». Таким образом я пришла к академическому вокалу.

– Какая музыка вам ближе?

– Когда мы готовили программы с Ириной Яник, брали западную и русскую музыку, и оперу, и народные песни, и старинные романсы. Начинали следующую программу, отталкивались от стихов Блока, Есенина, Пушкина, связанных со Свиридовым, или хотели посвятить одному композитору – Чайковскому, Рахманинову, Мусоргскому, де Фалье, Шуману. Над этой музыкой работаешь и понимаешь, что вот это самое любимое, как любимое дитя, пестуешь, и кажется, что лучше нет ничего. Потом исполняешь на сцене, появляются новые идеи. Каждая новая программа становится любимой.

– На кого хотели быть похожей?

– Когда я была молода и много ездила с гастролями, примером для меня была Елена Образцова. Работая в Курганской областной филармонии, я поступила в Новосибирскую консерваторию. Училась у выдающейся певицы Лидии Мясниковой, народной артистки СССР, профессора. Она осталась в Новосибирске, хотя ее звали в Москву. В 1975 году она уже не много пела, но голос звучал, как у молодой. Большие партии для ее сердца были тяжелы, она пела графиню в «Пиковой даме». Про нее рассказывали оркестранты, что у них волосы дыбом вставали, когда она начинала петь. И мне даже жаль было, что я училась заочно.

– Меццо-сопрано – что это за голос?

– Это более густой, насыщенный, плотный, темный голос. У сопрано, скажем, более легкий, светлый, поэтому по тесситуре он выше идет. Десять лет назад мы ставили оперу Верди «Трубадур», я там пела цыганку Азучену, приемную мать трубадура Манрико. Кармен написана для меццо-сопрано, у Римского-Корсакова в «Царской невесте» Грозный выбирает Марфу Собакину (легкое сопрано). В нее влюбляется опричник Григорий, а у Григория есть женщина Любаша (меццо-сопрано). Я пою Любашу, она страдает и хочет узнать, насколько же красива Собакина, раз Григорий от нее отвернулся. Эти страдания я все ощущаю, как будто это я сама.

Подробности читайте в печатной версии газеты "Новый мир".Также Вы можете оформить подписку на электронную версию газеты.